К столетию Октябрьской революции приурочено большое количество исследований, которые пытаются осмыслить наше общее прошлое. Мы же попытались оценить то, как это прошлое влияет на наше будущее. И для этого воспользовались результатами многолетнего мониторинга настроений россиян, проведенного «Левада-центром»

Исторический фатализм

В фатальность революции, ее предопределенность историей, верит половина россиян. О возможности повернуть время вспять говорит каждый третий, а затрудняется ответить – каждый пятый опрошенный. Интересно, что эти показатели мало изменяются во времени. И даже когда из жизни уходят те, кто говорил о революционном детерминизме, их место занимают не антагонисты, а те, кто затрудняются ответить.

Стакан наполовину полон

Примерно такое же соотношение сохраняется и в оценках революции. На протяжении последних двадцати лет половина респондентов продолжают верить в ее положительное значение, а треть говорит об отрицательном эффекте. Однако, благодаря многолетним замерам, мы можем видеть, что постепенно происходит переход от полярных оценок событий осени 1917-го к более сдержанным, тем, которые социологи обозначают в своих анкетах словом «скорее».

Замещение теорий

По мнению опрошенных, именно тяжелое положение трудящихся остается основной причиной революции. Однако, исследования показывают, что за последнюю четверть века популярность классовой теории снижается, и на ее место приходят теории заговора и слабости государства. И если тенденции не изменятся, то предположение, что отсутствие сильного государства – это главная причина революции, через пару лет станет преобладать в обществе. Соответственно формируя его запросы.

Гадание на кофейной гуще

История не приемлет сослагательного наклонения, но исследователи «Левада-центра», все же, рискнули спросить россиян о возможных сценариях прошлого. Однако, единства мнений по этому вопросу не было ни пятнадцать лет назад, ни сегодня.

Тем не менее, об определенной динамике можно говорить. Если в начале двухтысячных число тех, кто предполагал сохранение дома Романовых, движение России по западному пути и приход к власти еще больших экстремистов, было сопоставимо между собой, то в конце две тысячи десятых количество «монархистов» и «западников» снизилось, а тех, кто полагал, что с Россией в 1917-м произошло «лучшее из зол» – увеличилось.

И Ленин такой молодой

В 1990-м безусловным лидером по симпатиям населения был Владимир Ленин. Более того, к Ильичу практически не было антипатий, в отличие от того же Сталина. Вероятно, это стало следствием общего курса послесталинской информационной политики, в рамках которой считалось, что «прекрасное наследие Ильича» было погублено демоническим Иосифом Виссарионовичем.

Однако, времена менялись и за четверть века число тех, кто испытывает симпатию к революционеру Ленину, сократилось почти в три раза с 67% до 26% (при одновременном росте числа негативных оценок). В отличие от отношения к государственнику Сталину. Если в 1990 году симпатию к последнему испытывали только 8%, а антипатию – 49%, то к 2017 году число первых возросло в три раза, – до 24%, а число вторых снизилось в два раза – до 21%. Впрочем, даже при этом показателе он все еще остается самым отрицательным героем революционного времени.

От героев былых времен

Вслед за Лениным «посыпались» оценки и других революционных персонажей. Количество симпатизирующих создателю ВЧК, наркому внутренних дел и председателю советского правительства Феликсу Дзержинскому сократилось по сравнению с позднесоветскими временами с 45 до 16%, а к председателю революционного военного совета Льву Троцкому – с 15 до 3%.

И одновременно отмечается рост позитивных оценок имперских персонажей – адмирала Колчака и царя Николая Второго. Можно предположить, что такая динамика стала следствием отражения их биографии в массовой культуре, например, выхода художественных фильмов и сериалов, где их личности раскрываются с различных сторон. Впрочем, несмотря на всё информационное сопровождение, уровень их «популярности» в обществе остается в пределах 10 – 16%.

Стакан наполовину пуст

В год столетнего юбилея логично было уточнить, насколько велик интерес россиян к революционным событиям. Как показало исследование, треть наших соотечественников уверена, что не стоит ворошить события тех лет. А пятая часть склоняется к тому, что вреда от изучения прошлого нет, но сегодня это не отвечает требованиям времени. В сумме это более половины населения, которое не хотело бы лишний раз вспоминать революцию. В то же время, более сорока процентов россиян считает, что нам необходимо получать максимум информации о периоде революции, чтобы «избежать ошибок прошлого».

Вместо заключения

Исследования «Левада-центра» показали, что в обществе существует устойчивое отношение к революции, выражающееся в условной пропорции 50 – 30 – 20, в которой преобладание на стороне тех, кто считает революцию положительным явлением в жизни страны. Однако, исследования свидетельствуют и о серьезных внутренних переменах в рамках этого соотношения. Мы видим, как оценки революции становятся более сдержанными, снижается их поляризация, а большинство предпочли бы лишний раз не поднимать этот вопрос. Одновременно в обществе растет число тех, кто считает причиной произошедшего сто лет назад слабость государства, и выражает симпатии к тем деятелям прошлого, кто, по их мнению, строил страну, а не разрушал ее. И это те тенденции, которые сегодня формируют наше завтра.


Познакомиться с мнением россиян по многим другим вопросам актуальной повестки вы сможете с помощью материалов нашего специального раздела «Социология»